С детства очень люблю минералку. Дедушка пил ее очень много, у нас дома постоянно в холодильнике стояла шеренга бутылок из зеленого и коричневого стекла. И вот что вспомнилось: там, где прошло мое детство, продавалась минеральная вода под названием “Ташкентская”. В памяти название минералки отпечаталось настолько, что я не называла ее никак иначе, чем – ташкентская. Не минералка, не газировка, а ташкентская.
Понимание того, что это не ташкентская, а все-таки минералка, пришло, когда мы переехали в Россию. Тут появилась минеральная вода из Липецка, и все встало на свои места. А сейчас моя любимая минералка – это “Эдельвейс”. У нее тот самый, любимый с детства уровень солености и газированности. (А муж мой считает, что она чересчур соленая).
Так вот теперь уже в моих устах и “Эдельвейс” становится из нарицательного существительного – собственным, ибо, как гласит учебник по русской грамматике: “Граница между именами собственными и нарицательными непостоянна и подвижна: имена нарицательные легко становятся собственными наименованиями, прозвищами и кличками.”
Последние комментарии